тоном произнес Шен. — В таком случае, Ал, не мог бы ты выйти на какое-то время?
Ал помедлил, затем наклонился и поднял свою одежду. Небрежно накидывая ее на плечи, он не сводил взгляда с мастера Муана, а тот все так же стоял, глядя на Шена и будто бы сквозь него, а в его синих глазах застыло странное выражение.
Лицо Ала вспыхнуло, и он быстро отвернулся. Он на мгновение ощутил потребность защитить этого человека, не ради Шена, а просто потому что он такой существует. Никогда прежде Муан не вызывал в нем подобных мыслей и эмоций. Эти странные чувства заставили Ала разгневаться на самого себя. Он быстро покинул комнату, пройдя мимо Шена и ничего не почувствовав.
Когда дверь закрылась за Алом, Муан быстро подошел к стоящему посреди комнаты Шену.
— Что произошло? — участливым тоном спросил он.
— Все в порядке.
— Все правда в порядке? Твое сердце колотится, как ненормальное.
Шен прикрыл глаза и сделал глубокий вдох.
— Все правда в порядке, — негромко повторил он.
Муан попытался припомнить, когда это Шен признавался, что не все в порядке, и протяжно вздохнул.
С утра моросило. Ер и Рэн вышли в сад.
— Кажется, получилось, — сказали они.
Следящий за обстановкой сонный воин контрольного бюро встрепенулся и протер глаза. Вроде бы с ходящим внизу и бормочущим себе под нос старейшиной пика Росного ладана все было по-прежнему, но что-то в нем разительно переменилось. Может, волосы, странными завитками-щупальцами шевелящиеся без ветра? Или дело в распахнутом кожаном плаще?
Рэн решительно подошел к цветочку и сорвал его. Стебелек, зажатый между пальцами, не увял, лепестки по-прежнему радовали глаз. Тогда он поднес его к лицу и понюхал. Затем поднес к волосам, и те, словно щупальце, обвились вокруг цветка и притянули к заколке на макушке. Теперь одетого в черную одежду и кожаный плащ с человеческими лицами заклинателя украшал белый цветок мирта. Красная маска демона была сдвинута набок.
Каждый из двоих, разделяющих тело, был удовлетворен вышедшим результатом. И каждого из двоих угнетали мысли о будущем, в котором придется так жить.
«Я найду способ уничтожить эту тварь», — подумал Рэн.
«Я найду способ единолично занять это тело», — подумал Ер.
Оба они услышали мысли друг друга.
Ближе к полудню кортеж императора отправился в обратный путь. Впереди шли простые стражи, следом — чиновники и охрана, за ними император с воинами контрольного бюро, и заклинатели замыкали шествие, растянувшееся на многие километры.
Погода все еще была пасмурной, время от времени накрапывал мелкий дождь, поэтому Шена очень устраивало, что ему выделили просторный экипаж. Не устраивало его то, что этот экипаж приходилось делить на четверых. Свободного пространства оставалось вполне достаточно, однако атмосфера царила удушающая. Эра переплела с ним пальцы и выглядела благодушной и довольной, а Шен в теле Муана пытался притвориться мертвым.
Сам Муан сидел напротив него, сложив руки на груди и медитируя. Шен ему даже слегка завидовал. Но так тихо внутри повозки стало не сразу, в начале поездки произошел диалог:
— У меня такое чувство, будто он завалил Ера и надел его шкуру, — не сдержавшись, Шен прокомментировал внешний вид Рэна.
— Эй, этот прикид вовсе не моя шкура! — с возмущением глядя на наглеющего старейшину пика Славы, воскликнул Ер.
— Боги, теперь это стало выглядеть еще жутче, — посмеиваясь и прикрывая рот ладонью, продолжил Шен.
— Завались, NPC, — сказал Ер, а затем лишь осознал и с опаской посмотрел на Шена.
Тот продолжал наблюдать за разговором писаки и «NPC», сложив руки на груди. Муан в этот момент заливисто рассмеялся, а затем дернул Ера за дергающуюся без ветра кудряшку. Намотав прядь черных извивающихся волос на палец, он потянул их вниз и наклонился к лицу старейшины пика Росного ладана.
— Тебе стоит освежить свою память, — вкрадчивым, но больно угрожающим и непохожим на обычную муановскую речь тоном произнес он. — Тебя уже предупреждали, что не стоит необдуманно разбрасываться словами…
Давление Глубинной тьмы внутри повозки усилилось. Щупальце-прядь волос, намотанная на палец Муана, зашевелилось и потянулось к его шее. Синие глаза старейшины зло блеснули. Он оттолкнул от себя Ера, и тот улетел в противоположный угол. Сложив руки на груди, Шен в личине Муана откинулся на сиденье и разочарованным тоном произнес:
— Ты так просил мен… — он запнулся, осознавая, что почти было забыл, кем притворяется, — Шена избавить тебя от Глубинной тьмы, и он это сделал. И что теперь? Как мало времени потребовалось, чтобы вы вновь объединились. Старейшина Рэн обвинял Шена, что он демон. А что же сам? Сроднился с Глубинной тьмой так, что и не разлучишь?
Лицо Рэна покрылось красно-белыми пятнами.
— Не стоит вам разбрасываться обвинениями, старейшина Муан! То, что вы восстали из мертвых, не дает вам привилегии вести себя таким вызывающим образом! Я делаю это ради спасения мира! Без меня Глубинная тьма продолжит поглощать все вокруг! Я — тот, кто жертвует своим телом ради спасения всего мира!
Шен пораженно уставился на него. Даже слов не нашлось, чтобы как-то ему ответить. Он перевел взгляд на Муана, который сидел, прикрыв глаза. Тот, почувствовав его взгляд, открыл глаза и переглянулся с ним.
— Похоже, он в самом деле искренне в это верит, — немного ошарашенно произнес Шен.
Муан пожал плечами.
На этом конфликт с Ером был временно исчерпан. Шену отчего-то стало так жалко Рэна, что даже расхотелось издеваться над ним.
С тех пор они ехали в тишине. Чувствуя нежные пальчики Эры, вцепившиеся в его руку, Шен меланхолично думал о многих далеких вещах. Самой ближней из них был Ал, скачущий где-то снаружи. Шен хотел поменять его с Ером местами, но парень сам отказался. Почему-то его поведение заставляло Шена грустить и тревожиться.
Впрочем, бесполезно было терзаться этими чувствами, поэтому Шен отвлек себя размышлениями о том, где и как искать Админа, а также мыслями о Шиане. С тех пор, как Муан сбежал от него, никто из них не видел главу ордена, но это, отчего-то, не успокаивало. Шен надеялся, что Шиан заберет оставшихся сектантов Хладного пламени и вернется в орден, но этого не произошло: император пригласил всех заклинателей в столицу, и каждый из них не смел ему отказать.
«План Шиана снова провалился, и меня не слишком радует, что на сей раз он должен винить в этом Муана, — сказал он Системе. — Он сейчас как бомба со сломавшимся часовым механизмом — никогда не знаешь, когда рванет. Мы временно разобрались с Админом, но игры Шиана слишком масштабные, чтобы его игнорировать».
[Хм], — отозвалась Система.
«Он продал меня Админу, — то ли ей, то ли самому себе напомнил Шен. — Я знаю, что он считает, будто его цели важнее всего… И он направляется в столицу по приглашению императора, которого хочет убить. Похоже, на Рун Юсона многие нацелились. Не думаю, что Шиан сможет подобраться к нему достаточно близко, чтобы лично осуществить задуманное, и все же… Надо сделать так, чтобы он убрался обратно в орден и признал свое поражение. Вот только как?»
Шен задумался, и Система тоже молчала.
«Ты не помогаешь, знаешь ли», — с обвинением заметил тот.
[…]
«Что еще он может задумать? — продолжил размышления Шен. — План дяди с сектой Хладного пламени, похоже, пришел в полную негодность. Но Шиан явно не из тех, кто легко сдастся. Сейчас он укрепил свое влияние среди собрания заклинателей, но никто из них в здравом уме не пойдет против императорской власти. Тогда что насчет тех, кто хотел бы свергнуть существующую
